19.05.2016

Звонки и письма читателей, в которых они сообщают о браконьерском бес­пределе и спрашивают, что им делать и куда обращаться, – обычный и давно ставший привычным фон работы нашей редакции. Звонят и пишут постоянно, но весной и в начале лета эта активность резко усиливается. Оно и понятно: не­рест, у браконьеров всех мастей главная путина. А тут еще нерестовый запрет, из-за чего число нормальных рыбаков на воде снижается, браконьерам уже и вовсе некого бояться.

Звонки и письма читателей, в кото­рых они сообщают о браконьерском бес­пределе и спрашивают, что им делать и ку­да обращаться, – обычный и давно ставший привычным фон работы нашей редакции. Звонят и пишут постоянно, но весной и в начале лета эта активность резко усилива­ется. Оно и понятно: нерест, у браконьеров всех мастей главная путина. А тут еще не­рестовый запрет, из-за чего число нормаль­ных рыбаков на воде снижается, браконье­рам уже и вовсе некого бояться.

 

НЕРЕСТОВЫЙ БЕСПРЕДЕЛ

Как же так, скажет, не сильно сведу­щий в рыбацких делах человек, а рыбин­спекция? Разве ее браконьеры не боятся? В том-то и дело, что если и боятся, то как- то не очень. Главная причина в том, что ин­спекторов на наших бескрайних просто­рах – раз, два, и обчелся. В Московской об­ласти, например, по одному инспектору на несколько административных районов. Где уж им за всем уследить!

Вот поэтому, когда до редакции дошла информация о том, что прямо в разгар не­реста в Московско-Окском теруправлении Росрыболовства (МОКТУ) уволили одного из лучших госинспекторов, мы сначала в это не могли и поверить. Ну не укладывает­ся в голове: весна, нерест – а они работаю­щего инспектора увольняют. Да какого ин­спектора! Оказывается, уволен Виктор Ни­китин, с которым пару лет назад редакция в рейд по Оке ездила и о работе которого мы делали репортаж.

     Собственно, откуда мы об этом узнали. Началось все с тех самых звонков и писем. Пишет, к примеру, нам на электронку, не­кая Галина (писала, надо сказать, дважды потом позвонила). Рассказывает: старица Москвы-реки возле поселка Беседы, офи­циальное нерестилище, сплошь перекры­то сетями. Звонит в рыбинспекцию – реак­ции никакой.

     Или вот из очередного разговора, на этот раз Ока, карьер возле Ланьшино.

Зво­нит Денис:

«У нас просто бардак! У нас тупо даже судак не выходит из карьеров, потому что они перегорожены сетями. В результате пошли тралить – ё-моё! Там три или четы­ре сети поперек стоят, в несколько рядов! Вот ситуация такая. Т.е. стабильно каждый вечер выходит либо катер, сети сбрасыва­ет, либо надувная лодка с мотором. Люди не стесняются, в открытую идут.

Мы в инспекцию – теруправление – звоним: вообще никакой реакции нет! Оставляем сообщения на автоответчик или пытаемся позвонить по телефону – там все время занято или автоответчик включают. Сейчас рыбоинспектора нет – вообще, получается, не знаем, что делать».

 

     Звонит некто Александр из Серпу­хова и рассказывает, что аналогичная картина на Оке в районе Цимлянских и Подмокловских карьеров. Все в сетях, инспекции не видать. Что делать?

     Еще звонок. Опять Ока, от карье­ра в Ланьшино на двух казанках в от­крытую ловят сплавной сетью. Рыбу в промышленных масштабах везут в де­ревню Лукьяново, где сдают в тамош­ний магазин.

     Снова карьеры – Цимлянка и Под­мокловские. На выходах и в прото­ках каждый день собирается по 30– 40 «спиннингистов», которые дерут на проходе к нерестилищам судака. А что инспекция? Да, отвечают, инспек­тор приезжает, составит 2-3 протоко­ла на всю компанию, деньги соберет – и уезжает.

 

     Подобных «сигналов» можно бы­ло бы привести еще много, но и этих, думаю, достаточно: картина вырисо­вывается просто катастрофическая. Я специально не называю имена-фа­милии звонивших (некоторые, кста­ти, об этом прямо просили), как и имен недобросовестных инспекто­ров, но все они в редакции, если что, имеются, как и записи телефонных разговоров.

 

КТО ТАКОЙ ВИКТОР НИКИТИН

И вот в этих рассказах и всплыло имя рыбинспектора Виктора Никитина: «Вот раньше, когда Никитин на Оке работал, хоть какой-то порядок был». Опять же, он всем давал свой мобильник, и ему, когда ни позвонишь, он обязательно приезжал. А те­перь, мол, звони – ни звони, толку ноль.

С Виктором Никитиным мы познако­мились года три-четыре назад, когда ез­дили с ним зимой в рейд во время нере­ста налима. Может быть, кто-то вспом­нит тогдашний репортаж о задержании багрильщиков. Красный от рыбьей крови снег, багрилки и прочее.

     Словом, про Никитина мы знаем не по рассказам. Он – инспектор настоящий. Та­ких мало. Инспектор не по должности, а, что называется, по призванию, по велению души. Ловить браконьеров – его рабо­та, и делает он ее честно. Из года в год получает медали и грамоты, как луч­ший, или один из лучших по всему Мо­сковско-Окскому управлению. Это его Андрей Крайний, тогда глава Росры­боловства, наградил за отличную ра­боту «именным» катером (мы об этом тоже писали). И не случайно именно Виктор Никитин был на обложке юби­лейного номера журнала «Рыбоохрана России», вышедшего к 80-летию Рыбо­охраны. В этом журнале, кстати, о нем и его успехах в работе писали по край­ней мере дважды.

 

Никитин работает инспектором рыбоохраны уже лет двадцать. За это время его успели узнать не только бра­коньеры на Оке и других подведом­ственных ему водоемах, но и нормаль­ные рыболовы, с которыми он нала­дил контакт и взаимодействие (они-то нам и начали звонить, когда увидели, что знакомый инспектор куда-то про­пал). Наладил Виктор Никитин рабо­чие контакты и с Серпуховским ОМО­Ном, с которым постоянно организо­вывал совместные рейды.

 

УВОЛЬНЕНИЕ

И вот – уволен. Лучший из луч­ших, можно сказать, и уволен. За что? Естественно, узнав об этом, мы позво­нили Виктору, чтобы получить ответы из первых рук. Оказалось, что уволили его за… прогул. Как можно уволить за прогул сотрудника, у которого по кон­тракту ненормированный рабочий день, это пусть разбирается суд, куда Виктор намерен обратиться. Понятно, что прогул – только предлог. Тем бо­лее, когда речь идет об инспекторе, ко­торый выписывает протоколов на бра­коньеров в несколько раз больше, чем в среднем по управлению.

     Так в чем же истинная причина? Ведь дело тут не в Викторе Никити­не. Нам все последние годы твердят на разных уровнях, что инспекторов катастрофически не хватает, неко­му браконьеров держать в рамках. И в этой ситуации увольняют самых эф­фективных.

     Причем, как выяснилось, в МОК­ТУ уволили не одного Никитина. Уво­лены инспектора Антонов, Вино­градов и Максимов. Насколько нам известно, тоже не из последних по по­казателям работы. И уволены в апре­ле – прямо перед нерестом! Кому это на руку? Как ни крути, а получается, что в первую очередь – браконьерам.

     Конечно, мы попытались узнать, что думают обо всем этом в руковод­стве госотдела рыбоохраны МОКТУ. К сожалению, по телефону это сделать не удалось. Начальник отдела Вячес­лав Маркин комментировать ситу­ацию по телефону не стал, а предло­жил обсудить проблему при встрече.

     Несомненно, мы этим предло­жением воспользуемся. Но время не ждет, и мы направляем настоящую публикацию руководству МОКТУ, ру­ководству Росрыболовства, а также в Общественный совет при Росрыбо­ловстве и Общероссийский народный фронт. Надеемся, что ситуацию удаст­ся разрешить не на радость подмо­сковным браконьерам, а в пользу под­московной рыбы и рыболовов.

Будем держать наших читателей в курсе.

Алексей ЦЕССАРСКИЙ



Мы в Google+