Истребитель Евстратов

Факты

11 сентября Петр Евстратов на самодельной лодке причалил к берегу реки Дон вблизи протоки Платов прокоп. При себе он имел два спиннинга, ящик с джиг-головками и силиконовыми приманками и подъемник размером 80 на 80 см. Этим подъемником он планировал поймать живцов, с тем, чтобы использовать их в качестве наживки для ловли в отвес сплавом. Когда он поймал подъемником одного малька плотвы, двух уклеек и одного горчака, к нему подошел участковый инспектор ОВД Усть-Донецкого р-на Шевцов С.Н.

Петр Евстратов:
Подошли двое в гражданском. Один -участковый Шевцов, второй - тоже милиционер, как я потом уже узнал. Вначале они паспорт потребовали. Я говорю: «Паспорта у меня с собой нет. Вот есть билет судоводителя, паспорт на лодку, рыболовный билет». Они говорят, что, мол, мы таких документов можем сколько хочешь напечатать. Едем, говорят, в Мелиховскую -это 5,5 км, -мы имеем право тебя задержать на 3 часа для установления личности. Я говорю: «Нет, никуда я не поеду!» - «Ну у нас силы-то хватит», - говорят. Я тогда достаю телефон, звоню жене, говорю, так и так, если меня к вечеру не будет, значит, я в милиции в Мелиховке. Тут они передумали, видно, и тогда уже стали составлять протокол. Вот так это все началось.
Участковый Шевцов объяснил Евстратову, что подъемник на Дону - снасть запрещенная, а то, что эти подъемники продаются в любом магазине - это ничего не значит. Составили протокол, два оказавшихся поблизости рыбака подписали его в качестве понятых, подъемник и «улов» конфисковали.

Из обвинительного акта:
11 сентября 2009 года примерно в 16 часов 50 минут в районе ст. Мелиховская Усть-Донецкого района Ростовской области Евстратов Петр Александрович, имея умысел на незаконную добычу (вылов) водных биологических ресурсов, находясь на правом берегу реки Дон в районе устья Платова Прокопа <…> производил незаконную добычу (вылов) водных биологических ресурсов способом массового истребления указанных водных животных с использованием запрещенного орудия лова «паук-малевница» в местах нереста и на миграционных путях к ним и выловил рыбу: особь плотвы стоимостью 20 рублей, 2 особи уклеи, 1 особь горчака, чем причинил ущерб водным биологическим ресурсам государства на общую сумму 20 рублей. Своими действиями Евстратов П.А., совершил преступление, предусмотренное п.п. «б», «в» частью 1 статьи 256 УК РФ.
Обвинительный акт утвержден зампрокурора Усть-Донецкого района старшим советником юстиции В.Л. Бондаренко и начальником органа дознания ОВД по Усть-Донецкому району подполковником милиции О.М. Бирюлиным.

Самый гуманный и справедливый

Петр Евстратов живет в Новочеркасске, суд и отдел дознания - в Усть-Донецке. Это 100 км в один конец. Пять раз он ездил на своей «девятке» к дознавателю и потом еще пять раз - в суд. Туда и обратно в общей сложности 2000 км. На первом заседании суда выяснилось, что дело требует дополнительного разбирательства. На второй раз не явился свидетель, участковый Шевцов, так как был занят по работе. Наконец, на третий раз заседание состоялось и Евстра-тову сказали, что теперь он должен будет приехать уже «на приговор». Однако, когда в назначенный день он приехал в четвертый раз, мировой судья Г.А. Кравцов объявил, что приговор он написать не успел и нужно приехать еще раз. Только на пятый раз Евстратову зачитали приговор, из которого он узнал, что признан виновным и что судья Кравцов назначил ему наказание в виде исправительных работ сроком на один год, которое, правда, милостиво заменил на условное с испытательным сроком 8 месяцев.

Буква закона
Принято считать, что решение суда обсуждать не следует, что в правовом государстве это как бы дурной тон. Поэтому не будем его обсуждать, а попробуем просто разобраться, как так получилось, что вполне добропорядочный и законопослушный гражданин, выловив плотвичку, горчака и пару уклеек, разом превратился в уголовника. Почему не ограничились административной статьей 8.37 и штрафом, а применили именно уголовную 256-ю? По версии гособвинения в лице помпрокурора Карповой Е.В., полностью принятой судом, для этого существует две причины. Во-первых, подсудимый ловил рыбу «способом массового истребления», и, во-вторых, на миграционных путях к местам нереста. Именно эти два пункта содержатся в той самой 256-й статье УК. Если бы не они, то никаких причин применять уголовный кодекс просто бы не было.

И тут у любого здравомыслящего человека возникает два вопроса. Первый – про орудия массового истребления рыбы. Разве можно к таковым отнести подъемник 80х80 см? Да, в Правилах рыболовства для Азово-Черноморского бассейна подъемник, хотя и без указания размеров, действительно указан в списке запрещенных орудий. Но там нигде не написано, что он является средством массового истребления. Больше того, в материалах дела имеется справка, подписанная директором Азовского института рыбного хозяйства (АзНИИРХ) С.А. Агаповым, в которой прямо говорится, что «в существующих нормативных документах отсутствует определение «орудие массового истребления водных животных». То есть де-юре подъемник, которым пользовался Евстратов, нельзя отнести к орудиям массового истребления – просто в законе не определено, что это такое. Кроме того, по мнению директора АзНИИРХ, подъемник 80 на 80 см «предназначен только для отлова мелких рыб, используемых в качестве живца при ловле хищных видов рыб. Выловить пауком-малявочницей взрослую рыбу практически невозможно». Таким образом, орудие лова, о котором идет речь, нельзя отнести к орудиям массового истребления не только де-юре, но и де-факто. Второй вопрос также напрашивается сам собой: почему суд решил, что Евстратов ловил рыбу подъемником именно на нерестовых путях? Тем более что 11 сентября на этом участке Дона никакого нереста и близко не наблюдается.

А вот с этим вопросом история вышла и вовсе удивительная. Суд, не поясняя обстоятельств дела, послал соответствующий запрос в АзНИИРХ и получил закономерный ответ, что вся без исключения акватория Дона, со всеми его протоками, притоками, гирлами, заливами и займищами является «местами нереста и миграционными путями». Как говорится, каков вопрос, таков и ответ. Можно было бы оставить его без комментариев, если бы не одно «но». По этому же самому вопросу в деле имеется и другая справка – уже упоминавшегося директора того же института Агапова, и в ней утверждается прямо противоположное: «Рукав р. Дон «Платова протока», находящийся в 5500 м на юг от ст. Мелиховская, 11 сентября 2009 г. не являлся местом нереста или миграционным путем к местам нереста для водных животных».

Почему же суд не принял во внимание мнение директора института? Ответ находим в тексте приговора: «Суд критически относится к доказательству невиновности подсудимого <…> справке ФГУП «АзНИИРХ» директора института С.Л. Агапова <…> и отвергает его, поскольку указанное доказательство полностью опровергается показаниями свидетелей Шевцова С.Н., Бур-зак В.Д., Вашина Р.А., Каравашкина И.М., а также справкой ФГУП «АзНИИРХ».

Кто же они, эти знатоки ихтиологии и рыбного хозяйства, которые своими показаниями опровергают директора института Агапова, автора, кстати, множества научных работ по рыбному хозяйству Донского бассейна? Участкового Шевцова мы уже знаем, Вашин и Каравашкин – понятые, про которых суду кроме их фамилий вообще ничего не известно, а В.Д. Бурзак – это инспектор рыбоохраны. Когда он давал показания в суде, то, глядя на карту, не мог определить, в каком направлении течет река Дон. Но вот касательно нерестовых миграционных путей у него никаких сомнений при этом не возникло. Как говорится, комментарии излишни. На этом фоне бледнеет даже блестящий оборот речи судьи Кравцова о том, что справка ФГУП «АзНИИРХ» опровергается справкой ФГУП «АзНИИРХ». Так почему же вопреки очевидному суд все-таки принял сторону обвинения и квалифицировал деяние Евстратова как уголовно наказуемое? Мне очень хотелось узнать это у мирового судьи Кравцова, но, к сожалению, он на мои вопросы отвечать отказался. А когда я напомнил ему о законе о СМИ, согласно которому ответ он дать обязан, судья просто повесил трубку. Правда, при этом извинился.

Подоплека

Обходительность судьи Кравцова, конечно, дорогого стоит. Но дело-то по большому счету не в судье и даже не в гособвинении, чью версию он лишь закрепил своим решением, не слишком вдаваясь, как мы видели, в детали. Корни «уголовной» трактовки событий уходят глубже, а именно – в орган дознания Усть-Донецкого ОВД, руководимый подполковником О.М. Бирюлиным. Именно в недрах этого самого органа и родился обвинительный акт с ключевыми словами «массовое истребление» и «на миграционных путях». С этого акта все и началось.

И опять вопрос – почему? Ведь имели же милиционеры полное право избрать для Евстратова с его четырьмя рыбками и 20 рублями ущерба административную статью и наказание в виде штрафа. Почему же сразу «уголовка»? Нет ответа. Остается только предположения строить, и предположения, надо признаться, для усть-донецких милиционеров не лестные.

Председатель Донской спиннинговой лиги Федерации спортивного и любительского рыболовства Виктор Моисеев:
В этом месте в Дон впадает теплый сбросной канал от Новочеркасской ГРЭС, и рыба там всегда держится. Там все в сетях, все ими оккупировано. Вот сейчас только лед уйдет, и буквально на следующий день – в очередь плавные сетки. Они буквально по телефону друг другу передают, что я, мол, заканчиваю, а ты заходи. Мы и жаловались, и писали коллективное письмо прокурору области и в рыбоохрану. Нам отчитались, что 20 км сетей изъято – и все по-прежнему. Уже до открытой войны доходит. Они нам обещают машины пожечь, если мы их сетки будем вырезать. Скоро, в мае, донская селедка пойдет, там вообще будет вакханалия. Просто смотреть больно.
По словам Виктора Моисеева и других рыбаков, браконьеры в окрестностях Платова прокопа чувствуют себя абсолютно спокойно, сети свои проверяют среди бела дня и никого не боятся. В том числе и милиции. Потому что милиция, как мы видели, «палки» зарабатывает не на них, а на таких, как Евстратов. А с реальными браконьерами блюстители закона, видимо, находятся в каких-то других отношениях. В каких – вот вопрос. Боюсь, что и он останется без ответа.

Рыбаки народ веселый, и Петра Евстратова после этой истории друзья тут же окрестили истребителем. А вот как они называют всех тех, кто за этой историей стоит, начиная с сотрудников милиции и заканчивая мировым судьей Кравцовым, я здесь, к сожалению, сказать не могу. А жаль. Очень хотелось бы.

Редакция благодарит председателя Федерации спортивного и любительского рыболовства Ростовской области Анатолия Лебедева и председателя Донской спиннинговой лиги Виктора Моисеева за помощь в подготовке публикации

НАША СПРАВКА

Портрет героя

Петр Александрович Евстратов родился 28 декабря 1950 года в Новочеркасске. После службы в армии уехал в Томскую область, работал на лесоповале. Оттуда поступил в Калининградскую мореходную школу, окончил и ходил в море матросом. Матрос 1-го класса рыболовного флота. Потом вернулся в Новочеркасск, через два года женился и уехал с женой в Приморский край. В 1976 году из Приморья переехали на БАМ, в Тынду, где прожили 20 лет. В 1996 году вернулись в Новочеркасск. В настоящее время на пенсии.
Любовь к рыбалке перенял от отца. Рыбу ловить начал лет с пяти. После окончания мореходки рыбачил и в Атлантике – ловил тунцов, крючки делали из электродов. В Приморье ловил сомов и карасей на озере Ханка, в Сибири – ленков, хариусов, тайменей. На Дону рыбачит и летом, и зимой. Признает только спортивные снасти.