Зимняя песня

Конец февраля. Тихий солнечный день. Закончили ловить рано – глухозимье! – и подались к машине. Почти уже вышли на берег, когда мой зоркий приятель показал на вершину ели – кто, мол, там суетится. Клесты, должно быть, – шишки-то вон сколько. И точно: хоть и далековато, но пару ярких красно-рыжих самцов разглядеть удалось. А когда стайка с характерным «чириканьем» перелетела на вершину соседней елки, сомнений не осталось. Стайка еще минут пять шевелилась в кроне, потом перелетела на следующую ель – и мы услышали лихие посвисты, несколько непонятного строя рулад, какое-то приглушенное щебетание. Кругом снега по пояс, только три дня, как мороз отпустил – а они поют! А поет клест, потому что у него весна уже началась. Семена ели – основной корм клестов – созрели, урожай, судя по усыпанным шишками вершинам, хороший – можно размножаться. И тянуть с этим не стоит, потому что в конце марта – апреле семена начнут высыпаться из шишек, и насобирать пищи для птенцов будет с каждым днем все труднее. Более того, в шишках семена должны быть до тех пор, пока птенцы не научатся самостоятельно их добывать. А до этого с момента начала постройки гнезда проходит три месяца.

Когда обильно плодоносят хвойные – ель, сосна, лиственница, – многие обитатели леса благоденствуют. Но доставать калорийные семена из шишек могут немногие. У каждого свои методы: белки обгрызают, дятлы раздалбливают. Обходятся без специальных инструментов. И только клесты делают это виртуозно – своим особым клювом. Профессионалами они стали, потому что семена хвойных для них пища не сезонная, как для других, а круглогодичная. Истощатся запасы семян в этом районе – будут кочевать до тех пор, пока не найдут новые плантации. Улетают за сотни, а то и за тысячи километров. А найдя, станут жить там, как дома, пока в достатке корм. Нередко даже гнездятся. Но когда подъедят местные запасы, снова отправляются на поиски кормных мест. Только там, где урожаи семян более или мене стабильные, в горах например, клесты ограничиваются лишь локальными перемещениями. В наших лесах встречается три вида клестов. Самый обычный и в Евразии, и в Северной Америке – клест-еловик, специалист по семенам ели, но ловко справляющийся и с шишками сосны и лиственницы. Чуть покрупнее, с более мощным клювом – клест-сосновик, живущий на севере Европы. Последний – белокрылый, с большим белым зеркальцем на крыле. Он поменьше других, тоже широко распространен, особенно многочислен в Сибири. Все клесты миролюбиво относятся друг к другу и нередко кочуют и кормятся в одних стайках.

Приемы извлечения семян из шишек у всех клестов сходны. Выбрав шишку, птица перекусывает черешок, перехватывает ее клювом и садится с ней на ветку – тут же или перелетев на соседнее дерево. Эта операция требует от клеста необыкновенной ловкости, силы и цепкости – шишка ведь нередко размером с саму птицу. Лазая по веткам и скоплениям шишек, они часто помогают себе клювом, как попугаи. Шишку клест удерживает лапами (одновременно держась и за сучок) так, что она или лежит боком на ветке, или ее верхушка направлена вверх. Затем птица немного приоткрывает клюв и вставляет его боком между двумя налегающими чешуйками. При этом вершина загнутого вверх и отогнутого в сторону подклювья упирается в верхнюю чешуйку, а вершина надклювья – в нижнюю. После этого клест с силой отводит вершину подклювья наружу – верхняя чешуйка задирается и открывает доступ к семени, которое птица извлекает языком. Шишку птица обрабатывает в определенном порядке: от основания к верхнему концу. Чтобы полностью разделать ее, птице приходится несколько раз поворачивать шишку вокруг своей оси. Длинные шишки ели клесты нередко обрабатывают и не срывая их – просто подвесившись на самой шишке.

Работают птицы поразительно быстро: за минуту успевают извлечь 10– 20 семян, и на обработку одной шишки тратят всего пару минут. За день птицы должны собрать порядка двух тысяч семян, а когда выкармливают птенцов, то в два-три раза больше. Конечно, много семян остается в шишках, много шишек птицы просто роняют, но для лесной живности этот корм не потерян. На земле их разыщут белки, мелкие зверьки, да и для самих клестов это аварийный запас. Размножаются клесты обычно в феврале – марте. Гнездо строят на елях или соснах у ствола, в развилках ветвей и на «лапах». Оно сравнительно массивное, леток птицы часто выстилают шерстью или мелким пером. Но в целом это ничем особо не отличается от гнезд «нормальных» сородичей. От мороза яйца и птенцов спасает тепло самки – после появления первого яйца она покидает гнездо лишь на несколько минут в день и насиживает так плотно, что ее иногда удается взять в руку. Кормит ее самец – примерно раз в полтора часа приносит в зобу очередную порцию семян. Только когда у птенцов сверху достаточно отрастут перья, самка тоже начинает собирать корм. Оставшись одни, птенцы довольно быстро впадают в оцепенение, и вернувшейся самке, прежде чем покормить птенцов, приходится их сначала отогревать.

Птенцы покидают гнездо с нормальными клювами, но примерно в течение месяца концы клюва у них загибаются (у половины перекрест правосторонний, у половины – левосторонний), и тогда родители перестают их подкармливать – выводки распадаются. Хороший урожай семян ели случается в среднем примерно раз в четыре года. Он обеспечивает массовое размножение клестов, в первую очередь еловиков. Более стабильно, хоть и не так обильно, плодоносит сосна. Так что какое-то количество семян клесты находят и в другие сезоны – их хватает, чтобы часть птиц размножалась и летом, и осенью. К тому же специализированный клюв не особенно мешает им шелушить березовые сережки, склевывать почки деревьев, кормиться семенами рябины, некоторых трав и даже ловить насекомых на лету. Но только в зимние месяцы удается услышать массовое пение этих удивительных птиц, которым никакой мороз не страшен. Жаль, что бывает это далеко не каждый год.