22.03.2010

Ну вот, и подо льдом она прицепилась. Бурая, мягкая, склизкая. Элодея. Канадская. Летом ее яркая зелень может и порадовать, но уж больно часто она мешает душевной ловле. Растение обычнейшее – и не подумаешь, что это пришелец. Причем агрессивный – не зря назвали водной чумой. История его нашествия в Евразию, а потом и в Новую Зеландию, Австралию, Африку задокументирована неплохо в отличие от многих других растений-вселенцев. Поэтому элодея стала классическим примером в учебниках об экологических нашествиях и их последствиях.

Растение это североамериканское. Вообще все элодеи из Нового Света. Два вида растут в Южной Америки, три – в Северной. Почему-то в Центральной – в Мексике, Панаме, Вест-Индии – элодей нет, и что им мешает поселиться там, не понятно. Канадской элодею назвали потому, что описавший ее ботаник находил это растение близ Монреаля. Но встречается она и почти во всех Штатах, включая Аляску. На родине, кстати, канадскую элодею в некоторых районах забивают виды-пришельцы, в том числе и евразийские. Уруть, например. Обмен, так сказать, ударами. Считается, что элодея попала в Европу в 1836 году – тогда ее достоверно нашли в Ирландии. Скорее всего, завезли со строевым лесом. Но некоторые люди утверждали, что они элодею знали за десять, а то и двадцать лет до официальной даты. Ботаники поначалу думали, что растение местное. Радовались: новый вид! Описали, дали название. Потом разобрались. Распространялась элодея очень быстро. Через пять лет она объявилась в Англии, где, разрастаясь в невиданных количествах, стала серьезной проблемой. Заполоняя водоемы, она мешала ловить рыбу, лишала ее нерестилищ и пастбищ. Местами элодеи было так много, что на некоторых участках рек для проводки барж приходилось впрягать дополнительных лошадей. А иногда препятствовала стоку, и уровень воды в водоемах поднимался выше нормы. Забивала ирригационные каналы и водопроводы. Боролись с ней как могли, но оказалось, что и без этого через пару десятилетий буйства растение если и не исчезало совсем, то уходило в тень. И в прудах снова появлялись аборигенные виды. О причинах такого угасания элодеи до сих пор только предположения. В континентальной Европе элодею впервые нашли в 1877 г. – в Польше, в бассейне Вислы. Через несколько лет она уже была под Петербургом, затем в бассейне Волги, Днепра. За Урал скакнула в 1892 г. – постарался местный аквариумист. Восточная Сибирь «пала» в 60-х годах прошлого века. Элодею нашли сначала в бассейне Ангары, откуда она проникла в Енисей и Байкал. Завезли, видимо, при акклиматизации рыбы. На местах растение распространялось и самостоятельно, обрывками стеблей по водным путям, но приложили руку и рыбаки, переносившие элодею в новые рыбные водоемы вместе с сетями.

Наиболее комфортно элодее в слабопроточных водоемах с мягкими грунтами. Требовательна к освещенности – уральцы ее даже прозвали светочником. Поэтому на больших глубинах – до 16 м на Байкале – растет только там, где вода очень чистая. Выдерживает широкий диапазон температур, но особенно хорошо растет на прогреваемых мелководьях. И не беда, если зимой они промерзают до дна – перезимует, вмерзши в лед, есть на этот случай и зимовочные почки. Очень любит кальций. Отсутствие его может быть одной из причин исчезновения или угнетения растения. Но если есть постоянный приток карстовых вод, то процветает многие десятилетия. И растет поразительно быстро. Так, 15-сантиметровый кусочек стебля элодеи за пять с половиной недель разросся, считая все отростки, почти до 12 метров. Когда на Урале элодею использовали на корм скоту, урожай собирали трижды в год. Это десятки тонн с гектара.

Элодея – растение двудомное, т.е. у нее есть мужские (с тычинками) и женские (с пестиками) цветы. Обычно появляются они на разных экземплярах, редко на одном. Однако на огромных просторах нового ареала элодеи находят только женские цветки. Они мелкие, белые или розоватые, в июне – сентябре поднимаются на цветоножках на поверхностьводы. Но находят их редко. На родине мужские цветы появляются, а у нас почему-то нет. Только женские растения переселились? Так долго считали, пока в 1879 году в пруду под Эдинбургом не нашли мужские цветки. Отсутствие их (а значит, и отсутствие полового размножения) рассматривали как одну из вероятных причин исчезновения элодеи в местах ее прежнего изобилия. Вырождается. Но, как видим, причина в чем-то другом. Может быть, в различной реакции разных полов на какие-то неизвестные нам факторы. В Австралии, кстати, картина обратная – нет пестичных цветков. А элодея все равно буйствует. Загадки пола.

Заполоняя водоемы, элодея становится отличным местом обитания самой разнообразной подводной живности, находящей в ее зарослях защиту и корм. Но мало для кого само живое растение становится основным кормом. Ее, конечно, едят некоторые виды бокоплавов, раки, но, например, улитки и насекомые если и питаются элодеей, то неохотно – лишь соскабливают с листьев и стеблей бактерии и обрастания. Почему они игнорируют столь обильный, нежный и полноценный корм – как минимум не уступающий местным растениям по питательности и витаминам, – остается загадкой. Видимо, есть в тканях пришельца какие-то совсем невкусные для наших животных вещества. Рыбы не такие привередливые. Для белого амура элодея – один из наиболее предпочитаемых кормов. Кормится ею линь, плотва, язь, даже окунь. Может быть, рыбы тоже едят ее без особого удовольствия, но деваться некуда: вытеснил пришелец все вкусненькое.