13.01.2011

Очень нам хотелось завершить год хорошей лещовой рыбалкой на Можайском водохранилище, но когда был уже куплен мотыль, Гидрометцентр «порадовал»: температура до +8 градусов, дождь и гроза. На носу Новый год, а тут такое. Но раз решили, надо ехать. Несмотря на гололед, до места добрались без проблем. Легкая изморозь, ветра нет – в общем, терпимо. Выпили по чашке кофе – и на лед. Памятуя о прогнозе, захватили плащи.

А на льду началось: сверху корка, ниже слой снега, пропитанный водой. Корка слабая, не держит, идти тяжело. Путь же неблизкий. Остановились мы в Ильинском у знакомых и не мешкая отправились к противоположному берегу. Интересующий нас участок - русловой склон с 7 до 15-16 м. Там поздней осенью, закрывая джиговый сезон, леща обнаружил мой напарник Виталий - буквально по спинам стучал приманкой. Как известно, лещ нередко перед ледоставом уже держится в тех местах, где будет зимовать. Точку однозначно стоило проверить. Ориентируемся по навигатору. Выйдя на место, сделали параллельно друг другу по ряду двойных лунок. Между рядами метров десять. С одного конца моего ряда было 7,5 метра, с другого - 14, у Виталия чуть глубже. На какой глубине будет брать, сказать сложно, но на мель лещ вряд ли выйдет, да и в самом русле его искать бесполезно. На двоих у нас килограмм мелкого чистого мотыля и граммов сто крупного - вроде должно хватить. Виталий не признает никакой прикормки, кроме мотыля. С сухарями он к себе и на сотню метров не подпустит. Может быть, он и прав - водоемы-то бывают разные. На Яузе и Вазузе лещ к сухарям относится вполне благосклонно, а вот на Можайке я не помню ни одного случая, чтобы кто-нибудь хорошо половил крупного леща, прикармливая чем-либо помимо мотыля. Тактика простая: закармливаем весь ряд мотылем, опуская по маленькой кормушке. Лунки двойные, расположенные сантиметрах в 70 одна от другой: так у леща меньше шансов перехлестнуть удочки. Из каждой пары лунок для начала кормим только ту, которая находится выше по течению: она здесь чуть уловимое, но имеется.

Самое главное в первый день - определить рабочие лунки. Пока готовим лунки и кормим, погода портится, пошел дождь. Температура воздуха около нуля, вода в лунках практически не замерзает, а вот леска, сторожки и наши плащи покрываются тонкой ледяной коркой. Поклевок практически нет - только легкие шевеления сторожка. Рыба то ли подошла к прикормке и иногда касается лески, то ли, что хуже, стоит в толще воды и тоже задевает леску. Мы ловим на «арбалеты». Подробно про эту снасть уже рассказывалось («РР» 4/2010), поэтому напомню только суть. На конце шестика находится треугольный каркас с закрученным резиновым амортизатором (см. фото). В него вставлен короткий углепластиковый сторожок. Закручивая резину, можно добиться того, чтобы сила упругости амортизатора уравновесила вес мормышки. Увеличивая или уменьшая количество оборотов резины, можно настроить сторожок под любой вес приманки. Поскольку собственный вес и инерция сторожка минимальны, чувствительность его максимальна. Благодаря амортизатору упругость сторожка не уменьшается при подъеме и рыба практически не ощущает вес поднимаемой мормышки и грузила. Арбалет позволяет одной снастью ловить с приманками любого веса и на любой глубине, в том числе и на игру, с подъемом и с опусканием приманки. Второе неоспоримое достоинство в том, что можно ставить самую миниатюрную мормышку, а грузило располагать выше, скажем, в полуметре. На чуткость снасти грузило не влияет, зато маленькая мормышка достигает любой глубины с хорошей скоростью.

Рыба, судя по всему, очень вялая: одна-две осторожные поклевки – и полная тишина. Оставалось или ждать, или идти к следующим лункам. В таких случаях помогает игра приманкой, но в этот раз не сработала и игра. В конце концов я поставил по арбалету у трех лунок, а с четвертым ходил от лунки к лунке. Первой заработала лунка на 7,5 метра. Поклевки были короткие, резкие, очень похожие на плотвиные, но подсечь никак не удавалось. Мормышки у меня были довольно крупные, 6 мм, в расчете на леща или хотя бы подлещика. Пришлось поставить «троечку» и в полуметре выше грузило 0,8 г. Все получилось: мормышка на леске 0,14 мм опускалась достаточно быстро, а чувствительность не потерялась. В результате – первые три густеры. Некрупные, но – почин. Прошелся по лункам, на самой «глубокой» сработал арбалет. Опустил сторожок, постучал мормышкой по дну и через несколько минут увидел классическую лещовую поклевку. Кончик сторожка пару раз дернулся, пошел вверх и, прежде чем я успел подсечь, резко клюнул воду. Лещ был серьезный. Жаль, я его так и не увидел: после того как поднял рыбу метров на пять, леска ослабла. Может, оторвалась мормышка или сломался крючок? Нет, все было на месте, даже мотыли. До конца рыбалки на этой лунке больше не было ни одной поклевки. А погода портилась. Мало того что дождь практически не прекращался, так еще и ветер поднялся. Температура около нуля. Капли дождя, коснувшись снега или одежды, тут же замерзали, так что все вокруг быстро покрывалось ледяной коркой. Отбрасывать удочку стало невозможно: леска нещадно цеплялась за неровности ледяной корки. Помог старый способ -прятать леску «за сапог». Встав чуть сбоку от лунки, кладешь удочку за спину, а леску одной рукой укладываешь так, чтобы она ряд за рядом ложилась с наветренной стороны сапога.

Главное - не убирать ногу, пока мормышка снова не окажется на дне. Не выдержав издевательств погоды, после часа дня рыбаки, которых с утра вокруг было немало, потянулись к берегу - многие из них, как выяснилось, за утро так и не видели поклевок. У нас с Виталием дела тоже шли не лучшим образом: штук по пять густерок на брата. Ничего не изменилось и после обеда: взяли лишь по среднему подлещику. После четырех решили закормить лунки и пойти отдохнуть. Возвращались на берег уже в темноте и под проливным дождем. После ужина делать было нечего, а тут и дождь кончился. Недолго думая собрались, прихватили палатки и пошли в ночь в расчете на матерого леща. Но у леща были свои планы, и до полуночи мы не увидели не только поклевок, но даже шевеления сторожков. Утром, еще затемно, мы снова были на своих лунках. Погода немного успокоилась: дождя нет, ветра тоже, на льду туман. Количество рыбаков по сравнению с предыдущим днем сократилось раза в два. Проверили лунки – полная тишина. Кормового мотыля осталось уже немного, какие лунки кормить – непонятно. Закормили те, где накануне поймали по подлещику. Рыба была по-прежнему крайне пассивной. К обеду клев чуть оживился. Я ходил от лунки к лунке и по положению сторожка арбалета сразу видел, подходила рыба или нет. Если поклевка была, то обычно с лунки удавалось взять пару густерок, потом все стихало, и я шел дальше. Виталий придерживался другой тактики: он на каждой паре лунок минут пятнадцать разными способами старался расшевелить рыбу. Или осторожно подыгрывал сторожком, не поднимая удочку, или же играл, медленно поднимая мормышку на метр от дна. Такая тактика себя оправдывала, потому что на игру ему все-таки удалось поднять килограммового леща. Мне лещи не попадались, но зато в лунках на десятиметровой глубине пошли подлещики. Не бог весть какие, от 250 до 400 грамм, но после всех неудач накануне и ночью и это было приятно. Выход подлещика длился с двух дня до половины четвертого.

Мой улов в тот день составил килограммов шесть, не считая мелочь, которую я отпускал. У Виталия было даже чуть больше. Обратно ехали по полностью обледенелой дороге. Деревья по обочинам под тяжестью льда согнулись до земли. По радио рассказывали о причудах погоды, об обесточенных деревнях и поселках. «Выходит, у нас была экстремальная рыбалка», – говорю напарнику. «У нас-то ладно, – отвечает. – Вот Новый год у народа, похоже, будет экстремальным». Так оно и вышло, но это уже не про рыбалку.