07.02.2013

Глухозимье набирает силу. Рыба в озерах начинает испытывать нехват­ку кислорода и, чтобы избежать замора, устремляется к проточной воде – всегда более живой, нежели в стоячем водоеме с разлагающейся придон­ной растительностью. Когда подводные обитатели начинают свое массовое движение, на их пути случается просто потрясающий клев.

Как правило, перемещающуюся сплошной стеной рыбу первой обнаружи­вает небольшая группа рыболовов. Кто- то из них «по секрету» рассказывает о слу­чившемся своему приятелю. И вот уже в том месте, где неделю назад был потряса­ющий клев, уже наблюдается не гранди­озное скопление рыбы, а не менее гран­диозный наплыв рыболовов. Но о недав­нем празднике теперь напоминают лишь единичные экземпляры достойных тро­феев, случайно пойманных кем-то из огромной толпы.

Случается, конечно, что информация о «стене» доходит до конечного потреби­теля и довольно быстро. В этом случае он успевает к «раздаче», но согласитесь, ры­балка в толпе доставляет мало удоволь­ствия. Во всяком случае, нашей четвер­ке, сплоченной множеством достойных и некоторым количеством неудачных рыба­лок, поездка к подобной движущейся сте­не показалась не особенно-то привлека­тельной. Хотя информация о ее координа­тах была вполне достоверной. Мы решили отправиться на этот раз в самое глухози­мье – в место, где это явление развивает­ся в самом своем классическом варианте.

В Ярославле принято считать, что на Костромские разливы глухозимье прихо­дит раньше, чем на большинство других водоемов. Действительно, чем иначе объ­яснить, что местный окунь по первому льду с остервенением хватает балансиры и блесны почти по всей акватории раз­ливов, а через три-четыре недели словно вовсе исчезает из этих мест? Даже на со­всем мелководном озере Неро горбач по­падается и в гораздо более «застойный» период. Судя по всему, стоит он у трост­ников словно вкопанный, но все же со­блазняется изредка мормышкой. Рассмо­тришь горбача, извлеченного из лунки в это время, – весь покрыт пиявками. Зна­чит, здесь он и переживает глухозимье. Надо только раздразнить его, найти под­ход, и приличный улов обеспечен тебе да­же и в мертвый сезон.

В разливах такой номер с окунем не проходит. По крайне мере, так принято считать в Ярославле. Сразу после хоро­ших снегопадов наши рыболовы забыва­ют про разливы и переключаются на дру­гие водоемы. У костромичей иная тради­ция. Их и по первому льду приезжает на разливы гораздо больше, чем ярославцев. Объяснений тут несколько. Выбор водое­мов у костромских рыболовов значитель­но скуднее, а главное, к разливам у них имеется очень хороший подъезд. Мож­но воспользоваться даже рейсовым авто­бусом, например до Петрилова. Ярослав­цы о подобном даже и мечтать не могут. В глухозимье к разливам далеко не на каж­дом внедорожнике пробьешься. Тут мо­жет выручить только снегоход. Но если таковой имеется в твоем распоряжении, гораздо перспективнее махнуть на Ры­бинское водохранилище.

Мы нарушили традицию и поехали на Костромские разливы. Свежей информа­ции нет никакой. Рыбалка с чистого ли­ста. Перед нами белая пелена. Хотя в ко­мандирский бинокль далеко, близ остро­ва Моховатый, видны силуэты рыбаков. А-а, сетку вытаскивают... Крупная рыба. Не разглядеть какая – слишком быстро ее в сани снегохода складывают. Скорее всего, плотва или густера. Перемещается рыбка – значит, и наши игривые мормыш­ки должна схватить. А как иначе?

В бинокль видно старое русло Ка­сти, а с другой стороны течет Волга. Ясно, что вода между ними застаивается не по всей площади. Где-то есть движение. На­до просто найти такое место. Собствен­но, и сложностей особых тут нет. Рельеф дна нам знаком по летним рыбалкам.

   Решили искать плотву. Место выбра­ли подходящее, с хорошими глубинами. Два десятка лунок на четверых оказались пустыми. Ни одной поклевки. Продол­жаем сверлить. Опускаю своего плаваю­щего чертика в очередную лунку. Снача­ла он исполняет танец, словно под рок-н- ролл. Три проводки. Далее – «Лебединое озеро». Нет поклевок. Очень медленно и плавно. Тут мелодия «Не думай о секундах свысока» подходит. Четкий подъем кив­ка. Без рывков и мелких дерганий. Явно крупная рыбина. И все. Больше не хочет атаковать мою мормышку-безнасадку. Неужели успела почувствовать, что это обманка? Играю медленно, но очень раз­машисто. Есть! Очень хорошая рыбина. В лунке появилась огромная плотвиная го­лова. Рыбина начала ею интенсивно тря­сти. Вот тебе и глухозимье! А рыба энер­гичная попалась, словно из времен пер­вого льда. И случилось то, чего я всегда с тревогой ожидаю, когда ловлю на чер­тика с тремя крючками: кроме плотвы за­цепили они еще и кромку льда. Чаще все­го такая ситуация заканчивается победой подводного жителя. Он освобождается от крючка и уходит к себе домой. На этот раз меня спасло от потери трофея то, что он оказался слишком большим. В лунке ему было особо не развернуться, и я успел схватить рыбу под жабры. Немного замо­чил рукав – всего лишь.

   Мы сверлили лунки справа и слева, спереди и сзади от той, под которой жила пойманная плотва. Но нашими мормыш­ками больше никто не соблазнился. Ре­шили сместиться к месту впадения Касти в разливы. Километр прошли и начали опять веерное прочесывание подводной местности. На этот раз плотва сразу на­чала клевать почти во всех просверлен­ных нами лунках, за исключением одной, которую мой приятель проделал всего- то в трех метрах от моей. Однако стои­ло ему сместиться на общую воображае­мую прямую линию, как и у него каждая проводка мормышки стала заканчивать­ся поклевкой. Рыбин пять поймаешь, и лунка «требует» отдыха, через некоторое время вновь оживает. Клев был на участ­ке длиной всего метров десять и шири­ной меньше двух. Возможно, нам повезло на этот раз, при нашем размашистом ве­ерном прочесывании вполне могли про­пустить это клевое место. А брала плот­ва интенсивно всего минут сорок. По­том словно кто-то невидимый повернул выключатель, и все затихло. Пробова­ли ловить рядом с открытым нами чудо- местом, все безрезультатно. Уже под са­мый вечер было поймано еще несколько «эпизодических» плотвиц, но значитель­но меньших размеров, чем были утрен­ние. Все они клюнули на том же крохот­ном удачном участке. А по всем разли­вам, уверен, подобных наберется вели­кое множество. Близ рек Соть, Кострома, и не только там...



Мы в Google+