Вкусное - значит, съедобное

А каким образом рыба вообще может судить о съедобности или несъедобности того или иного объекта? Во-первых, у рыб имеются некоторые врожденные «знания» относительно того, какого рода объекты могут в принципе представлять интерес с точки зрения питания. Но эти «знания» носят самый общий характер. Гораздо более важную роль играет накопленный по мере роста и развития опыт. К признакам, по которым рыба определяет возможную съедобность объекта, относятся такие, как размер, подвижность и характер движений, окраска и, конечно, вкусовые особенности. У многих рыб, в том числе у таких хищников, как окунь, большеротый басс, щука и других, важную роль на начальных стадиях пищевого акта играет зрение. С его помощью рыба не только определяет местоположение потенциальной добычи, но и делает предварительные выводы относительно ее съедобности. Однако за принятие окончательного решения - глотать или не глотать - отвечает не зрение, а органы вкуса. Как и у нас, эти органы представлены у рыб специальными микроскопическими образованиями - так называемыми вкусовыми почками. Соприкоснувшись с пищей, вкусовая почка оценивает ее химическую природу и посылает в мозг сигнал, который «на выходе» и создает ощущение вкуса - горький сладкий, кислый, соленый.

Отличительная черта вкусовых почек рыб состоит в том, что они располагаются у них не только внутри ротовой полости, как у нас и других сухопутных животных, но и снаружи - на голове, на боках тела, на грудных и брюшных плавниках. Наружные вкусовые почки, наряду со зрением, обонянием и органами боковой линии, участвуют в поиске и первичной оценке качества корма. Окончательная же оценка его съедобности - прерогатива вкусовых почек, которые расположены внутри ротовой полости. Причем, судя по всему, реакция на сигнал вкусовых почек запускается автоматически. Это было продемонстрировано, например, на некоторых сомовых рыбах, которым вкусовые почки стимулировали с помощью микроэлектродов. Оказалось, что возбуждение вкусовой почки вызывает глотательные движения независимо от того есть в ротовой полости какой-либо пищевой объект или нет.

Роль органов вкуса в оценке съедобности корма была показана и другими способами. Например, была проведена серия экспериментов на карасях, которых приучили питаться специальными «пищевыми шариками» - гранулами, содержащими питательные вещества. При этом в гелеобразную оболочку шариков вводили заведомо «вкусные» «безвкусные» (нейтральные по вкусу) и заведомо «невкусные» вещества, такие, например, как кофеин. По всем другим свойствам шарики были одинаковыми. «Вкусные» шарики караси, естественно, проглатывали, «безвкусные» иногда глотали иногда выплевывали, а «невкусные» выплевывали всегда. Интересно, что караси оказались способны не только оценивать вкус шариков, что само по себе не удивительно, но и сортировать их по вкусу внутри ротовой полости, проглатывая вкусные и выплевывая невкусные, если им предлагалась смесь из тех и других. О том, как они умудряются это делать, - разговор особый.

Полсекунды на подсечку

На первый взгляд, проверка пищи на вкус должна быть не так важна для хищников, которые питаются рыбой. Действительно, чтобы распознать съедобность живой рыбешки, необязательно пробовать ее на зуб. Но, оказывается, и у хищных рыб вкусовые почки в акте питания также задействованы. Ученые уже давно подметили, что вкусовые почки в ротовой полости рыб особенно многочисленны в непосредственной близости от так называемых глоточных зубов. Эти зубы, как правило, сидят на костных пластинках - глоточных челюстях, расположенных глубоко в глотке, перед самым входом в пищевод. Оказавшись в пасти хищника, рыбешка попадает на зубы глоточных челюстей, которые производят «первичную обработку» добычи - разрушают ее чешуйный покров, наносят травмы, которые окончательно лишают жертву возможности сопротивляться. При этом вкусовые почки орошаются соками ее тела и кровью и сигнализируют о том, что пора запускать механизмы проглатывания добычи и ее переваривания. Если же схваченная добыча оказывается не живой рыбой, а ее имитацией например, поролоновой рыбкой или виброхвостом, то в головной мозг хищника поступает команда поскорее от нее избавиться. И исходит эта команда все от тех же вкусовых почек.

Именно этот момент - проверка на вкус на глоточных зубах - и является ключевым с точки зрения своевременности подсечки при ловле на мягкие приманки. При использовании блесен и воблеров хищник определяет обман уже при первом же контакте, просто на ощупь, и сразу же стремится избавиться от приманки. В случае же с «резиной» или поролоном у спиннингиста, казалось бы, появляется некоторый запас времени для подсечки. Но на самом деле этот запас весьма относительный. Дело в том, что все манипуляции с пищей у рыб происходят слишком быстро для человеческих масштабов времени. Например, форель всасывает гранулу комбикорма за 0,06 сек. У американского солнечника открывание-закрывание челюстей при схватывании креветки происходит за 0,065 сек. У его родственника большеротого басса длиной 25 см полный цикл схватывания небольшого карасика -от броска до первого сжатия его глоточными зубами - занимает всего 0,2 сек. Еще меньше времени бассу требуется для того, чтобы выплюнуть ошибочно схваченный предмет обратно.

Понятно, что при таких скоростях вовремя подсечь просто невозможно, какой бы нечеловеческой реакцией ни обладал спиннингист. В такой ситуации попадание рыбы на крючок может произойти только в результате самозасекания - когда при выплевывании приманки крючок цепляется за ткани рта. Подсечка тут служит только для более глубокого проникновения крючка и его более надежной фиксации. Несколько менее безнадежно выглядит ситуация с такими рыбами, как щука и судак. Для этих хищников, в отличие от басса и, к примеру, нашего голавля, всасывание добычи с потоком воды играет второстепенную роль - свою жертву они чаще сначала хватают и удерживают челюстями, а потом уже она направляется к глоточным зубам и вкусовым почкам. Тут у рыболова, действительно, появляется реальная возможность успеть сделать подсечку.

Наука - рыболову

Из сказанного понятно, в чем смысл так называемой «съедобной резины», которая появилась, кстати говоря, как приманка именно для ловли бассов. Это силиконовые приманки, часто черви и плаги, которые обработаны специальными составами, содержащими «вкусные» для рыб компоненты. «Съедобная резина» как раз и позволяет продлить фазу проверки «добычи» на вкус и предоставляет спиннингисту необходимое время для подсечки. Действительно, в опытах на том же бассе было показано, что если имитирующие корм несъедобные гранулы он выплевывает практически мгновенно, то с такими же гранулами, но покрытыми снаружи «вкусным» гелем, рыба обходится иначе. Басс и тут распознает обман, но не сразу. Сначала он как следует разминает гранулу между глоточными зубами и только после этого, убедившись, что внутри у нее что-то невкусное и, значит, несъедобное, выплевывает. На все это ему требуется около 2 секунд. Это уже время более-менее реальное для подсечки.

Таким образом, применение «съедобной резины», во всяком случае при ловле таких рыб, как бассы, а из наших, например, окуня, вполне осмысленно. Но у этой медали есть и другая сторона. Если посмотреть на историю развития спортивной рыбалки, нетрудно заметить, что само понятие «спортивности» предполагает замещение естественных насадок искусственными приманками. Недаром среди «высших» видов рыбной ловли стоит нахлыст, а многие «продвинутые» спиннингисты считают зазорным для себя ловить на снасточку с мертвой рыбкой. Высокое искусство рыболова состоит в умении обмануть рыбу, но обмануть именно своим мастерством, а не банальной химической обработкой банальной резины.