01.03.2011


О любительском рыболовстве вообще и в частностях

(Продолжение, начало в «РР» № 7, 8/2011)

Теперь, с учетом всего вышеизложенного, посмотрим, что происходит с рыбалкой в настоящее время и окунемся в мрачную, как дурной сон, действительность. Мы оставим в стороне дипломатию, неуместную в компании своих, лубочную политкорректность и широко используемые сейчас газетные штампы времен застоя вроде «народ и партия едины!». Будем называть вещи своими именами, но без упоминания давно набившей оскомину «коррупционной ренты» чиновников вообще и Федерального агентства по рыболовству особенно. Мы и так понимаем, что она есть, она всюду, и в «организации любительского рыболовства» она играет решающую роль. Но для озвучивания этого явления смотрители-моралисты от власти обязательно требуют конкретных и неопровержимых доказательств. Будто обычным гражданам добыть их по силам. А нет доказательств – молчи и не порочь «уважаемых» людей!

Реформа в действии

Все пригодные для рыбалки и доступные водоемы самых богатых в отношении водных биоресурсов регионов страны (Кольский, Камчатка, Нижняя Волга) приватизированы и обрели хозяев – это индивидуальные предприниматели и юридические лица. Некоторые участки совпадают по размерам с целыми реками и превышают по протяженности 100 км. Среди хозяев есть даже государственные учреждения (бывшие региональные бассейновые управления рыбоохраны – «рыбводы»), что вообще выходит за рамки понимания. Как мы сумели за свои собственные средства (налоги) содержать контору, которая отобрала у нас водоемы и дополнительно берет с нас немалые деньги за право попытать счастья на реке с удочкой, то есть «за просто так»? Как могло случиться, что государственное учреждение взяло у государства в «аренду» то, чего брать не имеет права по закону? За подавляющее большинство рек новоиспеченные хозяева не заплатили в бюджет ни копейки. За малую часть рек деньги все же взяли, хотя законом такое не предусмотрено. Спектакль, названный «конкурсом по закреплению участков» с участием бесталанных сценаристов и актеров, поставили территориальные управления Росрыболовства – ведомства, не имеющего к водоемам как таковым никакого отношения, так как все водоемы общего пользования в силу закона относятся к компетенции Министерства природных ресурсов. Федеральное агентство по рыболовству, «забыв», что его задача регулировать добычу рыбы и сохранять ее запасы, протянуло свои щупальца в такие сферы, которые по всем понятиям относятся к компетенции законодателей и правительств страны и регионов. В этом ведомстве сочли, что их полномочия распространяются буквально на все, где так или иначе фигурируют водные биоресурсы. После «конкурсов» чиновники в кулуарах оформляли сделки по передаче участков от одного лица к другому. То есть водоемы стали предметом обычного оборота, как гараж, пучок редиски или породистая кошка. Мы догадались об этом, когда уже после проведения конкурсов на реках появились хозяева участков, в этих конкурсах не участвовавшие.

Организаторы рыбалки

Хозяева же «любительских» участков названы «организаторами спортивного и любительского рыболовства». Понятие «организация любительского рыболовства» в законе «О рыболовстве» или каких-то еще законодательных актах органы власти не привели, но, очевидно, понимают его по-своему. Из сложившейся многолетней практики и ранее действовавших нормативных актов следует, что «организация любительского рыболовства» – это оказание следующего рода услуг: предоставление плавсредств, сооружений и снастей для рыбной ловли, оборудованных мест лова и отдыха, проживания и ночлега в рыболовных и туристических лагерях и базах, сопровождение гидами и обучение инструкторами, доставка к местам лова, организация рыболовных туров и сплавов, сервисное обслуживание. Однозначно, что данный перечень требуется отнести к рынку товаров и услуг. Причем здесь рыба? Вспомнив данное законом «О рыболовстве» определение понятия «рыболовство», вернемся к понятию «организация» с точки зрения самого любителя, и, на всякий случай, заглянем в словарь. Организация, как свидетельствуют словари, – это целевое объединение ресурсов. В масштабах государства это понятие соответствует, например, организации гражданской обороны, переписи населения, военных сборов, где, несомненно, необходимо привлечение соответствующих ресурсов государства. Закрадывается тревожная мысль: почему высшая власть страны решила доверить столь интимный, относящийся к частной жизни граждан вопрос, как организация любительского рыболовства, предпринимателям и даже государственным учреждениям. Да не просто так, а на конкурсной основе. Неужели государственная власть обладает информацией об угрожающем благополучию страны массовом выходе на водоемы жаждущих рыбы граждан без болотных сапог, без одежды и без удочек? И еще. Если власть взялась регламентировать организацию любительского рыболовства, то почему она не позаботилась об организации рыболовства промышленного? Ведь тут упущен великолепный случай «развития рынка услуг» с последующим получением дополнительных доходов – не в бюджет, а теми, кто оказывает «услуги»! Напрасно государство доверило промышленникам организовывать свой промысел самим или посредством самостоятельного обращения за необходимыми услугами по своему выбору. Росрыболовству надо было бы утвердить перечень участков для организации промышленного рыболовства, объявить конкурс на право пользования такими участками, а победить в нем должен тот, кто больше всех в прошлые годы выдал промысловикам разрешений на промысел. И так далее, вплоть до установления аналогичных (как для любителей) условий лова и цен за право вылова рыбы. Случись такое, очень хотелось бы посмотреть на выражение лиц промышленников. Всех вместе и сразу. Полагаю, любители были бы удовлетворены и уже никогда не роптали против существующей системы «организации» их увлечения.

Далее. Для оказания услуг рыболовам-любителям чиновникам обязательно нужно отдать предпринимателю реку на срок до 20 лет и наделять его квотами – тоннами рыбы. Даже самое воспаленное воображение не сможет связать воедино наличие квоты, владение рекой и предоставление в прокат рыболовной снасти или места для ночлега. Воображение не сможет, а представители власти сумели. Они не сомневаются сами и не дают усомниться нам, что один-единственный жилой дом какого-нибудь ООО с причалом и лодками в одном поселке обеспечивает оказание услуг этим ООО за много сотен километров на совершенно другой реке, куда попасть можно только на автомобиле или вертолете. Верят, что этот хозяин со штатом в пять человек способен обеспечить охрану участков и оказывать услуги всем желающим на двух десятках рек разом. Верят, что, получив реки на 20 лет, это ООО достигнет высоких экономических показателей, а также повысит качество своих услуг в результате конкуренции.

Конкуренция и слезы Карла Маркса

О конкуренции стоит сказать отдельно. Если в созданных условиях ООО теоретически может стать субъектом конкуренции, то как быть с государственными «рыбводами»? Они создавались для оказания государственных услуг в сфере рыболовства, где конкуренции между несколькими «рыбводами» или между «рыбводом» и иными предпринимателями по определению быть не может. Если же без конкуренции нельзя, то тогда необходимо учредить по соседству еще несколько аналогичных «рыбводов», добавляя в названии порядковый номер – ФГУ «Рыбвод–1», ФГУ «Рыбвод–2» и т.д. Может быть, сервисные услуги любителям на реке относятся к государственным? Если это так, то почему оказание государственных услуг помимо ФГУ доверили ООО и ИП? Власти не говорят нам, с кем будет конкурировать ООО или «рыбвод», если они на своих реках являются единственными и полноправными хозяевами. Я могу ошибаться – не силен в экономике. Но все говорит о том, что у нас открыта совершенно новая модель функционирования рыночной экономики. В соответствии с ней предприниматель – монополист (хозяин реки), страстно желая конкуренции, улучшения качества своих услуг и снижения цен на них, добровольно и сознательно отказывается от монополии и прибылей, зовет на свою реку других организаторов любительского рыболовства, делит с ними право владеть его собственностью со всеми вытекающими последствиями. Вплоть до собственного банкротства. Адам Смит отдыхает, Карл Маркс тихо плачет в углу! Другой вопрос. Для защиты конкуренции закон прямо запрещает создавать для одного из участников более выгодные условия. Разве предоставление целого ряда рек одному лицу не является таким условием? Особенно когда десятки лиц не получили ни одной. И не получат по меньшей мере в течение ближайших двадцати лет. Никто, ни завтрашний выпускник ВУЗа, ни отслуживший в армии молодой человек, ни решивший поменять род занятий гражданин – никто уже не сможет войти в этот бизнес. Свободных рек и озер больше нет. Конкурсов не предвидится. Примечательно, что во всех заседаниях различных комиссий по устройству действующего порядка «организации любительского рыболовства» всегда участвовал представитель антимонопольной службы – без него нельзя. И голосовал.

(продолжение в след. номере)