10.11.2015

Каждый раз, когда я слышу фразу из бессмертного фильма Рязанова: «Каждый год, 31 де­кабря, мы с друзьями ходим в баню…», то на языке начинает вертеться похожая: «Каждый год, в начале ноября, мы с друзьями, по первому льду…». Дальше идут варианты, сообраз­ные с местами ловли налима.

Ловить в зимнюю, студеную, безлунную ночь на реке нечто скользкое, змееподобное особо­го оптимизма, по началу, у меня не вызывало. Да и снастей нали­мьих не было. Но в один прекрас­ный, ноябрьский день, вернее ве­чер, зазвонил телефон, и мой то­варищ уговорил составить ему компанию. На мой вопрос, что с собой взять кроме тёплых вещей и термоса, он ответил: «Кусок го­вядины, джиг–головки, и зимнюю удочку, помощней с леской 0,3 мм., заеду в 18.00, будь готов».

Ехать было недалеко, минут сорок от города, вверх по Читин­ке. В 19:00 пополудни мы были на месте, возле свежих лунок. Уз­нав от Иваныча, что делать даль­ше, я нарезал тонкими палоч­ками говядину, насадил одну из них на джиг и опустил снасть в лунку. Техника ловли оказалась на первый взгляд не сложной – сиди и стучи приманкой по дну, поклёвка ощущается как резкая остановка или потяжка. Так и си­дел я в ожидании первого в сво­ей жизни налима.

Подошли ещё двое рыбаков, старички из деревни Верх-Чита. Поздоровались, задолбились, се­ли. Поговорили на извечную те­му «клюёт – не клюёт». Старо­жилы реки Читинки вспоминали прошлые времена, когда налима, по их словам, тачками возили.

Заря гасла, закат из бирюзо­во–жёлтого превратился в тём­но–фиолетовый с оранжевой по­лоской у горизонта. В небе зажглась первая звезда… За разговором я не успел сообразить, что произошло. Кто-то повис на другом конце снасти. Механически я выбрал леску, благо глубина была неболь­шая – метра три, четы­ре. Через несколько се­кунд этот «кто–то» уже извивался на льду. Про холод и брезгливость я забыл моменталь­но, сработал инстинкт охотника, вернее, ры­бака. Налим был под­нят со льда голыми ру­ками и торжественно помещён в короб, с чем меня и поздравил Иваныч. С той поры я стал «налимятником», мой на­парник обрёл компаньона по на­лимьей рыбалке, а у наших жён появился лишний повод побол­тать по телефону о своих «чокну­тых» мужиках. Теперь, как толь­ко встает ледок, почти каждый вечер после работы мы уезжали на рыбалку.

Ловить налима в Забайкалье начинают по первому льду. На­лим – зимняя рыба во всех отно­шениях. Чем сильней мороз на улице и холоднее вода, тем луч­ше клёв. За время рыбалки пой­манная рыба успевает замёрз­нуть в «кость». Кстати, моя жена чистит налима пока он мерзлый и нескользкий, соскабливая но­жом верхний слой с тушки. Это быстрей и удобней, чем обда­вать его кипятком.

В начале декабря налим на­чинает миграционный ход к не­рестилищам вверх по рекам. В это время он собирается в ко­сяки и идёт по своим тайным «тропам». Если попал на такую «тропу», обязательно будешь с рыбой. Я не однократно был сви­детелем того, как в лунках, рас­положенных в метре друг от дру­га, рыба клевала по-разному. В одной ловишь, а в другой – ни поклевки. Еще одно наблюде­ние, опровергающее, кстати, од­ну из устоявшихся истин. На­лимятники знают такое прави­ло: «чем больше луна, тем хуже клёв». Но мы с Иванычем неод­нократно «выстукивали» хоро­ший улов именно в полнолуние, при этом мороз «давил» под 40. Так что советую и вам попро­бовать при полной луне и силь­ном морозе «постучать» нали­ма. Правда, занятие это тяжелое. Особенно, если мороз с хиусом. Хиус – это даже не ветер, а стена воздушной массы, которая дви­жется в одном направлении. Ес­ли подставить лицо ему навстре­чу, обморожение неизбежно.

Снасти для ловли нали­ма незатейливы. Удильник по­вышенной прочности с надёж­ной, барабанной катушкой. На хлыстик я ставлю два пропуск­ных кольца и «тюльпан». Катуш­ка обязательно оснащена стопо­ром, курок спуска находится под указательным пальцем. Просто­та и надёжность – основа нали­мьей снасти. В зимнюю, мороз­ную ночь возиться окоченевши­ми пальцами с мотовильцами не очень хочется. С катушкой про­блем гораздо меньше, опустил «стукалку» в лунку, нажал на ку­рок стопора – приманка на дне. «Стукалкой» в Забайкалье на­зывают специальную налимью блесну, которая по форме напо­минает джиг–пулю удлинённой формы. В качестве наживки ис­пользуется говядина, нарезан­ная палочками, гольян, пещуга, вьюн, нарезка хариуса, бычок– подкаменщик и прочая рыбья мелочь. Многие рыбаки заготав­ливают земляных червей специ­ально для ловли налима. Водит­ся он, у нас в Забайкалье во всех реках.

     По перволедью вместо на­лима может «ударить» ленок или таймень. В мо­ей практике был та­кой случай. Сидел я на Читинке, «сту­чал» налима. На дворе стоял ноябрь, солнце закатилось за сопки, вечерняя заря гасла. На «сту­калке», в качестве наживки был до­ждевой червяк. Из состояния умиро­творения меня вы­вел удар по снасти. Он был такой силы, что стеклопласти­ковый хлыст удиль­ника просто не вы­держал и перело­мился при подсечке. Тайменя я не вытащил, он оборвал леску 0,35 и ушёл, оставив меня с тря­сущимися руками и сломанной снастью. Клёв налима, в этот ве­чер начался после наступления темноты. Обычно он начинает хватать ещё по светлу, мы его на­зываем «закатный», потом пере­рыв, и следующий пик активно­сти налима часам к 8–ми вечера. Но, как всегда, в рыбацкой прак­тике есть исключения из правил.

      Скоро потянет по Забай­кальским рекам шугу – пред­вестницу ледостава. Пора гото­вить налимьи снасти, запасать гольяна и червей. Потому что каждый год, в начале ноября, мы с друзьями…



Мы в Google+